|
Случается, что и взрослый, читая сказку своему ребенку, незаметно для себя оказывается в ее власти. Может быть, потому, что проблемы, которые его сейчас волнуют, хорошо накладываются на сказочные образы и ситуации. Вот поучительный пример: папа собирается бросить семью. В его душе мучительное столкновение противоречивых чувств, большей частью неосознанных и подавляемых. Вечером он садится читать своему пятилетнему сыну сказку очитав до того места, где Баба Яга запихивает мальчика в печку, папа внезапно прекращает чтение:"Знаешь что, я устал, давай дочитаем сказку завтра". Назавтра пятилетний сын говорит своей маме:"Папа от нас уходит. Мы остаемся вдвоем. Мы справимся, потому что я буду тебе помогать." Этот мальчик — настоящий знаток сказочного мира, он понял, что если папа бросает его в тот момент, когда Баба Яга запихивает его в печку, это значит, что папа бросает его навсегда. В данном случае почступок папы не обернулся серьезной душевной травмой для ребенка. Личность ребенка, хорошо владеющего сказкой, оказалась достаочно прочной, чтобы вынести этот удар. Другая опасность — самостоятельное творчество родителей, исправления и длбавления, которые взрослые вносят в сказку, желая ее разнообразить или осовременить. Один папа, которому надоело бесконечно повторять одну и ту же сказку своему сыну, стал вводить в нее предметы и персонажи из реального мира. В сказке рядом с волками, волшебными палочками и драконами появились троллейбуссы, светофоры и милиционеры. В результате сын чуть было не попал в школу к Беттельгейму. Троллейбусы и милиционеры переместили действие сказки в наш реальный настоящий мир. Одно дело, когда тебя едят в сказке, и ты точно знаешь, что к концу сказки зло будет уничтожено, и ты сможешь спокойно вернуться домой. Другое дело, когда ты выходишь на улицу, а из-за угла на тебя может выскочить дракон. И такие страхи поджидают тебя в твоем родном дворе, за каждым поворотом твоей родной улицы. Именно поэтому сказка всегда начинается с одного из стандартных сказочных зачинов:"В некотором царстве, в тридевятом государстве…", «Было это так давно, когда звери разговаривали» и так далее. Это как бы ворота в сказочный мир. Пройдя их, ты точно знаешь, что попал в сказочный мир.
Когда я читаю какую-нибудь старинную книгу, меня не покидает ощущение чуда: я проникаюсь чувствами человека, который жил пятьсот, тысячу, три тысячи лет назад. Дневник человека, жившего в первом веке до нашей эры, трогает меня, заставляет сопереживать его горестям, радоваться его победам, размышлять вместе с ним о детях, о власти, о смерти… Я ловлю себя на мысли: он такой же человек, как и я. Как будто не разделяет нас сто поколений. Чудо заключается, по-видимому, в той непрерывной связи, которая тянется от этого человека ко мне через столетия и тысячелетия. В чем природа этой связи? Должен существовать какой-то специальный носитель, что-то вроде флогистона, питаясь от которого и тот человек и я получаем возможность разговаривать друг с другом.
Мне кажется, что волшебные сказки, которые рассказывают нам наши бабушки, и являются этим чудесным носителем. Они формируют устройство детской души, а это устройство очень мало зависит от государственного устройства, от базиса и надстройки и от прочих взрослых, так важных для нас вещей.
|
